Ближе к природе ... Жизнь и история биологического кружка «ВООП»
 Главная  Персоналии  Мемориал  История  Библиотека  Личный кабинет 

adult

Фомин Борис Николаевич

Должность и место работы: Главный специалист отдела информации и координации ИГ РАН
Контактный e-mail: bn-fomin@yandex.ru
Период регулярного посещения занятий кружка: с 1964 по 1971 годы
Кружковое имя: (Борич)
Место обучения: школа 710, МОПИ им. Н.К. Крупской, ЯГПИ им. К.Д. Ушинского

Список опубликованных работ


Фомин Б. Н., Л. Г. Вартапетов, Е. С. Равкин. Новые данные о географическом распространении птиц в Западной Сибири // Зоологические проблемы Сибири (Материалы IV совещания зоологов Сибири). Новосибирск: «Наука» Сибирское отделение, 1972. с. 341-342. (PDF 0,11 Mb)
Фомин Б. Н. Сукцессионная изменчивость численности и общего разнообразия сообщества мелких млекопитающих поименного биоценоза.— В кн.: Сукцессии животного населения в биоценозах поймы реки Оби. Ответственный редактор д-р биол. наук проф. А. А. Максимов. Труды Биологического Института СО АН СССР. Вып. 41. Новосибирск, 1981, с. 64—77. (PDF 0,37 Mb)
Фомин Б. Н. Ожидаемые эффекты хронического воздействия околофоновых концентраций хлорорганических соединений на позвоночных животных. // Проблемы экологического мониторинга и моделирования экосистем. Л.: Гидрометеоиздат, 1981. т. 4, с. 155—168. (PDF 0,5 Mb)
Филиппова Л. М., Б. Н. Фомин, Г. Э. Инсаров, Ф. Н. Семевский, С. М. Семенов. Полевые исследования в биосферных заповедниках в связи с задачей экологического мониторинга. — М. Гидрометеоиздат, 1983. — 8 с. (PDF 0,8 Mb)
Фомин Б.Н. Некоторые теоретические предпосылки разработки методов фонового полевого биологического мониторинга.— В кн.: Проблемы фонового экологического мониторинга (Вторая школа биологического мониторинга, 15-17.02.1984). София, Издательство Болгарской академии наук, 1987. с. 7-24. (PDF 0,45 Mb)
Фомин Б.Н., Г.Н. Воронская, И.Я. Николишин. Теоретические предпосылки метода оценки потенциала биологической продуктивности наземных экосистем по измерениям параметров внутриэкосистемной циркуляции фосфатов. - Биомониторинг лесных экосистем. - Каунас, 1987. с. 78-79. (PDF 0,1 Mb)
Фомин Б.Н. Технология дистанционного образования «электронный учитель». // Новые подходы и технологии в работе с молодежью. — М.: Фонд социального развития и охраны здоровья «ФОКУС-МЕДИА», 2010. — 128 с. (PDF 0,7 Mb)

Воспоминания и рассказы

Обеденная молитва

Мой дед, Фомин Георгий Тимофеевич работал в Московской мастерской художественного литья, где, кстати, после возвращения из эвакуации, реставрировались бронзовые скульптуры, установленные на станции метро "Площадь Революции", но настоящей его страстью были канарейки.
Тогда, в 1956-57 году, у деда была комната в коммунальной квартире, в старом кирпичном доме № 23 на Большой Андроньевской улице. Комната была большая, как мне казалось в детстве, но потолки были точно под пять метров. Одна стена в этой комнате, от низа и почти до самого потолка, была увешана клетками, в которых жили канарейки. Клеток было штук двадцать, если не больше. В этой комнате я прожил, примерно, с пяти до шести летнего возраста, когда отец получил квартиру, и наше семейство переехало на свою жилплощадь. А пока мы жили у деда, не знаю, как там размещались взрослые, а нам, троим детям, стелили на ночь спать под большим обеденным столом.
Днем, за этим столом, рассаживалась на обед большая семья. В несколько патриархальном стиле, обедом руководил дед. В этот момент, мне он казался очень строгим. После расстановки столовых приборов требовал от всех абсолютной тишины, затем брал столовый нож и начинал им водить по краешку тарелки. От издаваемых при этом звуков не выдерживали нервы сначала у одного кенара, и он начинал петь, его песню подхватывал второй, третий кенар и, наконец, кенары начинали оглушительно петь, все разом. Примерно через минуту, пение, вдруг, обрывалось, и наступала полная тишина. После этого дед заметно добрел, начинал как-то загадочно улыбаться, как бы радоваться тому, что и в этот раз фокус удался. "Ну, помолились — давайте обедать", обычно, после этого шутила бабушка Анна Алексеевна.
Из всех других птиц, кроме канареек, которых время от времени держал дед, я запомнил щегла, соловья и певчего дрозда. Щегол был очень нарядный, а дед сказал, что если его кормить конопляным семенем, то оперение потускнеет. Соловья запомнил из-за необычной клетки, широкой, но очень маленькой по высоте. А дрозд был ужасным грязнулей, что бы он не клевал, вплоть до тертой морковки, все разбрасывал вокруг себя. Бабушка, Анна Алексеевна, очень ругалась по этому поводу, и мы, с дедом обмотали нижнюю часть клетки отмытой фотопленкой.
Дед часто брал меня с собой на птичий рынок, благо он был от нас в двух трамвайных остановках. На птичьем рынке дед подолгу беседовал с мужиками в канареечном ряду, здесь, у любителей канареек, было нечто вроде клуба. Мне было скучно. Дед отпускал меня поглазеть на живность в других рядах: рыбки, кролики, попугаи, хомячки и прочие зверушки — чего только не продавали в те времена на птичьем рынке. Наконец, мы возвращались домой с одной или двумя канарейками в клетках.
Как я теперь понимаю, дед занимался, скорее всего, обучением канареек пению, но страсть свою, мне, он передать не успел — дед умер, когда мне было семь лет.

Борис Фомин 07.11.2013

© Биологический кружок ВООП 1950 — 2018